Речевые особенности выступлений Плевако

Содержание:

“” Введение

“” . Место Федора Никифоровича Плевако в российской адвокатуре
·
·
·
·4
2. Ораторские особенности выступлений Ф. Н. Плевако
·
·
·
·
·
·
·
·..6
3.Общероссийское значение уголовных процессов с участием Плевако
·
·10

“” Заключение
“” Список литературы
Введение

Русское судебное красноречие начинает развиваться во второй половине XIX в., после судебной реформы 1864 г., с введением суда присяжных и с учреждением присяжной адвокатуры. Судебные речи талантливых русских юристов А.Ф. Кони, В.Д. Спасовича, НЛ. Карабчевского, Ф.Н. Плевако, М.Г. Казаринова, Н.В. Муравьева, Л.А. Куперника с полным правом называют прекрасными образцами: судебного ораторского искусства.
Безусловно, все ораторы различны по своим характеристикам: от страстного, эмоционального борца за истину до спокойного, бесстрастного исследователя фактов. В речах одних ораторов, например, А.Ф. Кони, Н.П. Карабчевского, П.А. Александрова, К.Ф. Хартулари, К.К. Арсеньева, Н.И.Холева, мы находим всесторонний глубокий разбор обстоятельств дела, доказательств, глубину и ясность мысли, строгую логику рассуждений. Умелой полемикой с процессуальным противником и экспертом славились В.Д. Спасович, Н.П. Карабчевский, А.И. Урусов; их речи характеризуются строгой логичностью. В речах А.Ф.Кони, Ф.Н.Плевако, А.И.Урусова, М.Г. Казаринова, видим тонкий психологический анализ действий подсудимого. Речи Ф.Н.Плевако, С.А. Андреевского отличались необыкновенной образностью, выразительностью.
В данной работе я ставлю цель изучить основные особенности выступлений русского адвоката Ф. Н. Плевако.
1. Место Федора Никифоровича Плевако в российской адвокатуре

За всю историю отечественной адвокатуры не было в ней человека, более популярного, чем Федор Никофорович Плевако. И специалисты, правовая элита, и обыватели, простонародье, ценили его выше всех адвокатов как «великого оратора», «гения слова», «старшого богатыря» и даже «митрополита адвокатуры». Сама фамилия его стала нарицательной как синоним адвоката экстра-класса: «Найду другого
·Плеваку”,
· говорили и писали без всякой иронии». Письма же к нему так прямо и адресовали: «Москва. Новинский бульвар, собственный дом. Главному защитнику Плеваке». Или просто: «Москва. Федору Никифоровичу».
19 сентября 1870 г. Плевако был принят в присяжные поверенные округа Московской судебной палаты, и с этого времени началось его блистательное восхождение к вершинам адвокатской славы. Правда, уже через два года оно едва не оборвалось из-за политической «неблагонадежности».
В сфере политики Плевако не стал сколько-нибудь заметной величиной. В сфере права же он воистину велик
· как адвокат и судебный оратор, блиставший на процессах главным образом по уголовным (отчасти в по гражданским) делам. Оратором Плевако был уникальным,
· что называется, от Бога. Правда, в отличие от иных корифеев присяжной адвокатуры
· таких, как А. И. Урусов, С. А. Андреевский, Н. П. Карабчевский (но под стать П. А. Александрову и В. Д. Спасовичу), он не блистал своими внешними данными. «Скуластое, угловатое лицо калмыцкого типа с широко расставленными глазами, с непослушными прядями длинных черных волос могло бы назваться безобразным, если бы его не освещала внутренняя красота, сквозившая то в общем одушевленном выражении, то в доброй, львиной улыбке, то в огне и блеске говорящих глаз. Его движения были неровны и подчас неловки; нескладно сидел на нем адвокатский фрак:, а пришепетывающий голос шел, казалось, вразрез с его призванием оратора. Но в этом голосе звучали ноты такой силы и страсти, что он захватывал слушателя и покорял его себе». Секрет ораторской неотразимости Плевако был не только и даже не столько в мастерстве слова. «Главная его сила,
· вспоминал В. В. Вересаев,
· заключалась в интонациях, в неодолимой, прямо колдовской заразительности чувства, которым он умел зажечь слушателя. Поэтому речи его на бумаге и в отдаленной мере не передают их потрясающей силы». Очень подходит к Плевако максима Ф. Ларошфуко: «В звуке голоса, в глазах и во всем облике говорящего заключено не меньше красноречия, чем в выборе слов».
Тексты своих речей Плевако заранее никогда не писал, но после суда по просьбе газетных репортеров или близких друзей иной раз («когда не ленился») записывал уже произнесенную речь.

2. Ораторские особенности выступлений Ф. Н. Плевако

Плевако-оратор был подчеркнуто (как никто, другой) индивидуален. Далеко не такой эрудит, как Урусов или Спасович, он был силен житейской смекалкой и хваткой, «народностью» истоков своего красноречия. Уступая Спасовичу в глубине научного анализа, Карабчевскому
· в логике доказательств, Александрову
· в дерзании, Урусову и Андреевскому
· в гармонии слова, он превосходил их всех в заразительной искренности, эмоциональной мощи, ораторской изобретательности. Вообще, по авторитетному мнению Кони, «в Плевако сквозь внешнее обличие защитника выступал трибун», который, однако, идеально владел трояким призванием защиты: «убедить, растрогать, умилостивить»: «Он был мастером красивых образов, каскадов громких фраз, ловких адвокатских трюков, остроумных выходок, неожиданно приходивших ему в голову и нередко спасавших клиентов от грозившей кары». Насколько непредсказуемы были защитительные находки Плевако, видно из двух его выступлений, о которых в свое время ходили легенды: в защиту священника, отрешенного от сана за воровство, и старушки, укравшей жестяной чайник.
Первый случай со слов известного российского и советского адвоката Н.В. Коммодова художественно описал не менее известный следователь и литератор Л. Р. Шейнин.
Суть дела о проворовавшемся священнике вкратце излагали также Вересаев и Смолярчук. Вина подсудимого в хищении церковных денег была доказана. Он сам в ней признался. Свидетели были все против него. Прокурор произнес убийственную для подсудимого речь.